1. Первый акт. Свадьба. Лиф свадебного платья из мужской рубашки.
2. Второй акт. Медовый месяц. Трансформация мужской рубашки в сарафаны и манишки.
3. Третий акт. Жизнь. Глобальное потепление цвета, бежевый и сепия.
4. Четвертый акт. Интрига. Таинственная женственность исторического костюма.
5. Пятый акт. Обман. Иллюзорные жилеты и жакеты, вышитые псевдообъемные банты.
6. Шестой акт. Аскетизм. Черный цвет и тонкая шерсть, строгость и самодостаточность.
7. Седьмой акт. Просветление. Торжество истины и чистоты.

Мои платья – это мои холсты.

Почему черное и белое.
Квадратная женская душа авторства Казимира Малевича.
И хотя судьба-художница любит яркие краски.
Мы подставляем то белый краешек – для сочных пятен, то черную середину – для грязно-серых разводов.
Мы выворачиваем наизнанку белые одежды – а там слезы неоправданных надежд.
Мы отворачиваем черный воротник – а там счастье самоотречения и молитвы.

Мне хочется ясности. Кто я? Как я? Почему я?
ЖЕНЩИНА. Женский род. Единственное число.
Когда-то давно разделила мир на белое и черное.
На до и после.
Одну половину запорошила снегом. Другую заштриховала углем.
Мечусь между ними.
Нервничаю при слове «компромисс».
Ценю мужскую искренность и детскую непосредственность.
Смеюсь от души, плачу редко.
Намеренно путаю прихоть и жизненную необходимость.

Черно-белая бескомпромиссность – это очень по-детски.
Но если ты взрослая, а от притворства тошнит.
То стоит начать с чистого листа.
И снова обозначить вертикальную черту между добром и злом.
Черным по белому.

Я прочертила.
На ваш суд.